Это состояние, которое остается с человеком даже после полноценного отдыха, а любая физическая или умственная нагрузка существенно усугубляет его самочувствие. Другое название синдрома — миалгический энцефаломиелит. Он негативно влияет на иммунную, эндокринную и нервную системы человека.
Синдром хронической усталости включен Всемирной организацией здравоохранения в Международную классификацию болезней. Он может появиться у любого человека вне зависимости от гендера и возраста, но у женщин его диагностируют в три-четыре раза чаще, чем у мужчин.
Человек чаще всего чувствует себя так, будто его силы постоянно «на нуле», и даже самые простые действия ему даются с трудом. Такое состояние чем-то напоминает грипп, когда вы чувствуете физическую слабость и изнеможение.
Основные проявления:
В некоторых случаях встречаются и более комплексные симптомы:
Наверняка неизвестно, что именно провоцирует синдром хронической усталости. До развития заболевания люди с СХУ в основном ведут нормальную социальную жизнь. При этом в 50–80% случаев отмечается, что синдром появляется в жизни человека после заболевания, похожего на грипп или простуду. Есть несколько групп факторов, которые повышают вероятность проявления симптомов.
У многих пациентов состояние начинается после острой инфекции — например, вызванной бактериями или вирусами Эпштейна–Барра, Росс-Ривер, кори, ретровирусами или COVID-19 — особенно после тяжелого течения заболевания.
Травмы, операции, ограничение подвижности, сильное эмоциональное напряжение могут спровоцировать появление синдрома хронической усталости.
Встречаются случаи, когда синдром хронической усталости диагностировали в рамках одной семьи, особенно у однояйцевых близнецов. Это может свидетельствовать о генетической предрасположенности, но конкретные гены ученые пока не выявили.
У некоторых пациентов со СХУ исследователи обнаружили повышение уровня иммуноглобулинов IgG и другие изменения в работе иммунитета. Синдром хронической усталости часто проявляется у людей с аутоиммунными заболеваниями: системной красной волчанкой, ревматоидным артритом и так далее.
Распознать хроническую усталость непросто даже специалистам. Хотя клинические проявления состояния хорошо описаны и существуют специальные критерии, хроническую усталость диагностируют методом исключения: только после того, как убеждаются, что у человека нет других серьезных заболеваний.
Трудности диагностики:
Не все специалисты признают реальное существование СХУ как отдельного заболевания, а значит не могут своевременно его диагностировать. В рамках диагностики хронической усталости рекомендуют собрать тщательный анамнез и оценить общее физическое и психическое состояние человека. Также используют разные варианты тестирований и опросников для оценки состояния человека.
Люди с синдромом хронической усталости часто делятся негативным опытом обращения к врачам за помощью. Бывает сложно оценить и объяснить причины своего самочувствия, поскольку симптомы могут ухудшаться и меняться с течением времени. В результате многим пациентам либо не диагностируют СХУ вообще, либо делают это с опозданием в несколько лет. В исследовании 2021 года говорится, что около 91% пациентов диагностируют депрессию вместо СХУ.
Одновременно с этим человек с синдромом хронической усталости может столкнуться со стереотипами и стигматизацией собственного состояния: «Это просто усталость», «Тебе нужно просто больше спать» и «Это все из-за психологического напряжения».
Современное лечение синдрома хронической усталости строится вокруг симптом-ориентированной терапии и поддерживающих стратегий.
Специально одобренного специфического лекарства, которое бы излечивало состояние комплексно и сразу, нет. Основная цель терапии — уменьшить выраженность симптомов и помочь человеку максимально сохранить качество жизни.
Пациентам с состоянием хронической усталости рекомендуют сформировать комплексный план лечения с участием врачей разных специальностей: невролога, ревматолога, терапевта, психолога, физиотерапевта.
Стратегия сохранения энергии — «пейсинг» — признана ключевым методом в борьбе с хронической усталостью: человек учится распределять активность так, чтобы не выходить за пределы собственных лимитов энергии и предотвращать ухудшение самочувствия. Для этого он ведет дневник состояний, куда записывает, сколько сил и энергии занимает то или иное действие: от мытья посуды до похода в офис. Это помогает приоритизировать задачи и отказаться от нереалистичных ожиданий от самого себя и своего уровня продуктивности.
С симптоматическими проявлениями синдрома хронической усталости борются в зависимости от степени их проявления. Чаще всего особое внимание уделяют:
Чем раньше человек получает правильный диагноз и информацию о заболевании, тем меньше риск ухудшений. Одно из ключевых правил — избегать перегрузок: привычка «дожимать» себя физически или умственно часто ведет к обострению СХУ.
Осознанное управление собственными ресурсами — физическими и умственными — помогает распределять активность и отдых, снижая риск переутомления. В этом помогают дневники активности или мобильные приложения, в которых также можно отслеживать свои уровни энергии в течение дня.
Качественный сон — один из главных ресурсов организма и хорошая профилактика синдрома хронической усталости. Рекомендации здесь не отличаются от стандартных: ложиться спать и вставать в одно и то же время, не использовать гаджеты перед сном, внедрять мягкие расслабляющие ритуалы, например, теплый душ, медитацию, чтение.
Когда организму перестает хватать энергии и ресурсов, постоянная усталость может усиливать тревожность и депрессию. Поэтому важно применять поддерживающую терапию — в формате КПТ-сессий или групп поддержки — а также обращаться к близким людям за помощью, чтобы снизить чувство изоляции и укрепить внутренние ресурсы.
Для профилактики рецидивов СХУ, помимо стратегий самопомощи, можно упростить собственный быт, например, за счет доставок продуктов вместо походов в магазины, адаптировать рабочий график и заниматься щадящими физическими упражнениями, включая йогу, растяжку, дыхательные практики.
СХУ — это неврологическое заболевание. В будущем мы сможем понять реальные причины его возникновения и лечить его по четким протоколам. Но пока их нет, нужно выполнять рекомендации, которые работают уже сейчас:
Если говорить более научным языком, то СХУ классифицируется ВОЗ как неврологическое заболевание, что отражает ведущую роль поражения центральной и автономной нервной системы в его патогенезе. Клиническая картина сформирована из комплекса измеримых неврологических нарушений, а не субъективными жалобами, поэтому важно воспринимать это состояние всерьез.
Четко специфичных тестов для диагностики СХУ действительно нет, но ряд исследований может продемонстрировать схожие у разных пациентов изменения, в которых, по-видимому, и кроется суть заболевания.
На функциональной МРТ может наблюдаться гипоперфузия мозга — снижение церебрального кровотока в покое и особенно при когнитивной нагрузке. При этом на обычной МРТ определяется гиперинтенсивность белого вещества на Т2-взвешенных изображениях, что очень напоминает нейровоспаление. В ликворе повышается общий белок, также являющийся маркером нейровоспаления.
Если «копать» дальше в эту сторону, то можно выявить много подтверждений нейровоспалительной концепции. Так обнаруживаются аутоантитела к нейрональным антигенам, коррелирующие с тяжестью клиники. Нейротропные вирусы (EBV, HHV-6A/B, коронавирусы) часто рассматриваются как триггеры состояния из-за персистирующего нейроиммунного ответа. Интересно, что около 50% пациентов с постковидным синдромом (long-COVID) соответствуют критериям СХУ.
Но если оттолкнуться от другой стороны процесса — нарушения вегетативной нервной системы — можно выявить несколько значимых факторов для развития недомогания.
При СХУ гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая ось находится в состоянии сниженной регуляции. Снижается секреция кортиколиберина, что каскадом ведет к падению АКТГ и кортизола. Это может указывать на функциональную неспособность «активации» симпатической нервной системы, отвечающей, например, за выживание и реакцию на внешний стресс. Поэтому ряд функциональных тестов тоже будет давать значимые результаты.
Часто развивается синдром постуральной ортостатической тахикардии (прирост частоты сердечных сокращений >30 уд/мин при вставании) или ортостатическая гипотензия. Вегетативная недостаточность объясняет физическую невозможность поддерживать вертикальное положение — это служит объективной неврологической симптоматикой и, в частности, приводит к развитию постнагрузочного недомогания (ПнН).
При ПнН двухдневный кардиопульмональный нагрузочный тест будет демонстрировать парадоксальную реакцию: снижение показателей на второй день вместо физиологического улучшения. Если провести биопсию мышц после нагрузки, можно выявить некротизирующие изменения миоцитов, повреждение митохондрий и отек тканей. ПнН развивается через 12–48 часов после физической или когнитивной нагрузки, и сохраняется дни или недели. Механизм его развития связан с накоплением метаболитов, оксидативным стрессом из-за истощения энергетических депо и невозможности их быстрого восполнения.
Таким образом, СХУ представляет собой мультисистемное заболевание с ведущим поражением нервной системы, а не просто «ощущение». Патогенез включает дисрегуляцию центральных механизмов энергетического гомеостаза, автономную недостаточность, нейроиммунное воспаление, митохондриальную дисфункцию. Хотя сейчас у нас нет четкого понимания того, как надежно раз и навсегда разрешить СХУ, это не просто психическая патология. Это заболевание, которое требует неврологического подхода к диагностике и наблюдению.
